al_lobanov (al_lobanov) wrote,
al_lobanov
al_lobanov

Абсолютная клептократия.



В какой момент богатым россиянам стало неуютно в Лондоне



Фото: Toby Melville / Reuters


Британские власти грозятся остановить поток грязных денег из России. Но, похоже, он и так ослабевает

Официальный Лондон занимает все более жесткую позицию по отношению к россиянам, способ обогащения которых вызывает вопросы. Визовые трудности возникли у Романа Абрамовича, которому после стольких лет жизни (пусть и – наездами) в Великобритании и потраченных в ней миллиардов, видимо, придется объяснять властям источники своего состояния. И аналогичные разъяснения Хоум-офис рассчитывает получить еще от семи сотен состоятельных россиян, которым, если потребуется, он готов аннулировать визы.

«Грязные деньги» из России, осевшие в Лондоне, – довольно старая тема, ставшая предметом бесчисленных журналистских расследований, докладов, книг, художественных и документальных фильмов. Ее, например, неустанно поднимает владелец газет Independent и The Evening Standard Александр Лебедев.
В начале этого года предприниматель в интервью Republic утверждал, что за редким исключением капитал российского происхождения в британской столице имеет преступный характер: «Ну нет там практически честных денег. Большая часть вывезена [из России] и благополучно отмыта».

Теперь с той же позиции выступает британский парламент.
Опубликованный им на днях доклад «Moscow’s Gold: Russian Corruption in the UK» цитирует непримиримого критика Кремля Гарри Каспарова и живущего в Лондоне антикоррупционного активиста Романа Борисовича: «Вы должны понимать, что Россия – абсолютная клептократия. Политическая элита грабит страну и ее налогоплательщиков, но награбленное в России не хранит. <…> Недостаточно энергичная борьба с отмыванием [этих выведенных из РФ средств] на протяжении многих лет позволила российским клептократам думать, что они владеют Британией».

Параллельно в парламенте готовится к принятию новый законопроект, который предусматривает публичное раскрытие имен бенефициаров компаний, хранящих свои средства в заморских территориях страны – на Каймановых и Британских Виргинских островах. «Госпожа [премьер-министр Тереза] Мэй призывает мир выступать против нарушения Россией международных норм. Если она намерена выполнить обещание, то должна гарантировать, что грязные деньги, финансирующие худшие злоупотребления, не укрываются под британским флагом где бы то ни было в мире», – заявил в поддержку антиофшорного законопроекта экс-министр международного развития Великобритании, консерватор Эндрю Митчелл.

Текущие отношения между Лондоном и Москвой таковы, что оставляют мало сомнений в желании британских властей посильнее закрутить гайки. Но по иронии самые эмоциональные выступления политиков,
исполненных решимости остановить поток «грязных денег из России», стали звучать в тот момент, когда этот поток пошел на спад. Спрос на «Лондонград» как крупнейшую прачечную по отмыванию капиталов и репутаций по-прежнему существует, но его пик уверенно пройден. Об этом говорит статистика.

За последние годы Лондон предпринял ряд мер, целью которых было повысить «порог входа» для иностранных инвесторов, не исключая российских. Прежде всего, изменились правила получения соответствующих виз, выдаваемых на 3 года и 4 месяца. С ноября 2014 года вдвое увеличился размер минимальных инвестиций – от £1 млн до £2 млн, а также поменялись требования к их структуре (направлять в недвижимость до четверти суммы, как это было раньше, теперь не разрешается).

Это, разумеется, не представляло большой проблемы для наиболее состоятельных россиян, готовых вкладывать в британские активы намного больше: в исследовании Deutsche Bank 2015 года со ссылкой на данные ЦБ РФ и Банка Англии утверждается, что значительная часть из $129 млрд, попавших в Британию с середины 2000-х через сеть офшоров, имело российское происхождение. Впрочем, с начала этого года вступил в силу Criminal Finances Act –
закон, существенно расширивший полномочия британских властей по борьбе с отмыванием нелегального капитала. В частности, когда источник обогащения того или иного лица является «необъяснимым» (unexplained wealth orders) – например, располагая активами, несоразмерными его официальному доходу. Стоимость активов при этом может начинаться от £50 тысяч. Закон наделил британские правоохранительные органы и надзорные ведомства (среди них Национальное агентство по борьбе с преступностью, Налоговая служба, Управление по финансовому регулированию и надзору) правом при необходимости накладывать арест, а в последующем – даже конфисковывать имущество такого лица в гражданско-правовом порядке.

Новые правила долго обсуждались и едва ли внезапно расстроили планы россиян, заведомо не готовых так рисковать. Большее значение для многих скорее имели перемены внешнеполитического фона, как и в целом атмосфера растущего неприятия российских денег британским общественным мнением (что в подлинно демократическом государстве грозит трудно контролируемыми политическими последствиями). Количество британских иммиграционных виз, выдаваемых инвесторам из России, резко сократилось уже вскоре после крымской кампании и первых санкций – и с тех пор продолжает оставаться на сравнительно низком уровне.



Косвенным свидетельством снижения популярности Лондона в качестве запасного аэродрома – для самого владельца пристроенного состояния и его семьи – является статистика британских школ. Число обучающихся в них российских учеников, родители которых живут здесь же, в Великобритании, вдвое возросло после крымских событий. Однако последние годы цифра практически не растет, а в случае с детьми, родители которых большую часть времени находятся за границей (надо полагать, в основном в РФ), и вовсе снижается.



Нетрудно догадаться, куда в первую очередь устремляются деньги сомнительного происхождения, выведенные в Британию, – в лондонскую недвижимость. Точнее, устремлялись, поскольку в отношении российского капитала это утверждение уже не совсем верно.

В 2013 году русские купили в Лондоне 264 дома стоимостью от £1 млн, продемонстрировав наибольшую активность на премиальном рынке британской столицы среди иностранных клиентов местных маклеров и риэлторских агентств. В свое время о малоизвестном бизнесмене Андрее Гончаренко, работавшем на «Газпром» и потратившем четверть миллиарда фунтов, скупая лондонскую недвижимость (включая Ганновер-хаус, один из самых дорогих лондонских особняков),
написали многие британские газеты. Четыре года спустя те же издания вновь напомнили о загадочном российском инвесторе, но уже по другому поводу: купленный им дом на Итон-сквер в фешенебельном районе Белгравия облюбовали сквоттеры. Здание долго пустовало, пока не оказалось в распоряжении бродяг, очевидно, посчитавших, что российскому олигарху, законному владельцу недвижимости, до нее все равно нет никакого дела.



Количество сделок на лондонском рынке с участием россиян за последние годы серьезно уменьшилось и продолжает падать. Даже некоторое оживление интереса, вызванного снижением цен на фоне Brexit,
не смогло переломить тренд. Традиционное лидерство Лондона в предпочтениях инвесторов из России успешно оспаривают другие зарубежные столицы с лучшими ценами, большей доходностью, а главное, – с меньшим регуляторным риском.



Евгений Карасюк
Обозреватель Republic
23 мая, 12:30




https://storm100.livejournal.com/5040828.html
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment