al_lobanov (al_lobanov) wrote,
al_lobanov
al_lobanov

Categories:

Геноцид Русского народа в Чечне. (Часть I-А) Союз Кремля и Ичкерии

От себя добавлю, что бесчинства чеченцев и ингушей поощрялись революционерами всех мастей, от эсеров до большевиков, и либеральной частью интеллигенции. Эти «поборники справедливости» почитали грабежи и разбои стихийным протестом горцев против ненавистного самодержавия и его оплота в лице казачества. При этом абреки – профессиональные бандиты имели тесные деловые связи с революционерами, нередко суживали им деньги на их подрывную деятельность и учились у них демагогией оправдывать свои преступные деяния.

Зелимхан.jpgТак, упоминавшийся в запросе 58 депутатов Государственной Думы, абрек Зелимъ-хан из Харачоя был связан с большевистским подпольем в Грозном и Кизляре и, как сказали бы сейчас, выполнял для их некоторые «заказы» на убийства чиновников и военных. А большевики внушали ему, что в его абречестве виновен русский царь и русские богатеи, которые угнетают несчастный чеченский народ, а он, Зелимъ-хан, всего лишь благородный защитник угнетённых горцев. О чём и написал абрек из Харачоя в своём письме на имя председателя Государственной Думы Российской империи:

«…Я знаю, вернуться к мирной жизни мне теперь невозможно. Пощады и милости тоже не жду ни от кого. Но для меня было бы большим нравственным удовлетворением, если бы народные представители поняли, что я не родился абреком, не родились абреками также мой отец, брат и другие товарищи…».

А видный революционный деятель Чечни Асламбек Шерипов так выразил отношение большевиков-революционеров к бандитам и грабителям в горах Чечни и Дагестана: «Власть терроризировала народ, а абреки терроризировали власть и её приспешников…»

И советская власть поставила памятник Зелим-хану, абреку из Харачоя, терроризировавшему власть царскую и её приспешников – на горной дороге в Ведено бронзовый человек в бурке ведёт в поводу бронзового коня, к седлу которого приторочена винтовка.

Разумеется, к «приспешникам» власти относилось всё казачье сословие, а потому, терроризировать казаков – значило творить благое революционное дело освобождения трудящихся. И терроризировали казаков и абреки, и «мирные» чеченцы и ингуши, о которых так сказал один ингуш войсковому старшине Вербицкому:

«…Разбойник – так то уже разбойник; а этот соучастник, простой мирный человек из народа. Когда разбойник идёт воровать или грабить многим хочется получить барыш в его деле. Вот они и идут с ним. Всякому хочется попользоваться, а так они мирный народ…».

Но настоящий массовый террор против русского казачьего населения Терской области развернули большевики, пришедшие к власти в Российской Империи в результате Октябрьского переворота 1917 года. Они, следуя заветам Ленина и Троцкого, сразу взяли курс на активное сотрудничество с малыми народами, проводя по окраинам империи этнические чистки и жесточайшее подавление русского населения. А в центральной России отряды «инородцев», использовались как ударная сила карательных органов. Печально-знаменитые латышские стрелки – акушеры революции, лишь один из сегментов этого великого интернационального фронта, стратегической задачей которого было подавление русского национально духа методами жесточайшего массового террора. Посмотрите поимённый состав Совнаркома Ленина – вы не найдёте там и трёх русских фамилий – и это в стране, где русские составляли большинство населения; загляните в списки карательных отрядов и Чрезвычайных комиссий (печально-знаменитых ЧК) – там евреи, латыши, армяне, грузины, греки, даже венгры и китайцы.

И в Терской области в это время сложился антиказачий блок чеченцев и ингушей с большевиками. По заявлению члена Кавказского краевого комитета РКП(б) С. Кавтарадзе: «Здесь национальная борьба почти совпадает с классовой. И правильна политика Советской власти, если она опирается, а если и не опирается, то должна опираться на ингушей и чеченцев».

И она, Советская власть, в полной мере оперлась на «революционных» чеченцев и ингушей. Деникин, по поводу этой “опоры” большевиков написал в своих дневниках:

«…Ещё в конце декабря чеченцы с фанатическим воодушевлением крупными силами обрушились на соседей. Грабили, разоряли и жгли дотла богатые, цветущие селения, экономии и хутора Хасав-Юртовского округа, казачьи станицы, железнодорожные станции; жгли и грабили город Грозный и нефтяные промыслы.
…В союзе с чеченцами ингуши приступили к вытеснению казачьих станиц Сунженской линии, для чего ещё в ноябре в первую очередь подожгли со всех сторон и разрушили станицу Фельдмаршальскую
».


Тогда были убиты тысячи казаков по всей Терской области, и от тотального уничтожения их спасла только Добровольческая армия генерала Деникина. И естественно, что казаки Терского войска и Сунженской линии видели в «белых» своих защитников и союзников и шли служить под знамена Антона Ивановича Деникина.

А потом «белые» ушли с Северного Кавказа, и большевики, укрепив свою власть в предгорьях Кавказского хребта, начали проводить политику расказачивания этих территорий. Эта политика выражалась в массовом выселении казаков с принадлежащих им земель. И снова активную роль в этой политике играли банды чеченцев и ингушей, почуявших запах добычи и безнаказанных грабежей под покровительством Советской власти.

Для координации действий по расказачиванию Северного Кавказа из Москвы на Терек был направлен Орджоникидзе. В директивном разговоре по прямому проводу с председателем Терского областного ревкома В. Квиркелия он прямо указал:

«Политбюро ЦК ВКП(б) одобрило постановление Кавбюро о наделении горцев землёй, не останавливаясь перед выселением станиц… Исполнение решения Политбюро осуществлять самыми решительными и жестокими мерами…»

И в приказе по Кавфронту член РВС тов. Орджоникидзе с большевистской прямотой записал:

«…Первое – станицу Калиновскую сжечь, второе – станицы Ермоловская, Зака-Юртовская, Самашкинская, Михайловская – отдать всегда бывшим преданными Советской власти нагорным чеченцам. Для этого всё мужское население вышеозначенных станиц от 18 до 50 лет погрузить в эшелоны и под конвоем отправить на Север для тяжких принудительных работ; стариков, женщин и детей выселить из станиц, разрешив им переселиться в хутора и станицы на Севере…»


Но и те, кто остался на родной земле, тоже испили свою чашу горя из рук радетелей за народное счастье, свергших в 17 году ненавистную власть буржуев и дворян. О трагической судьбе русских людей ярко свидетельствует коллективное письмо представителей терского казачества:

«… Жизни русского населения всех станиц стала невыносима и идёт к поголовному разорению и выживанию из пределов Горской республики.
Полное экономическое разорение края несут постоянные и ежедневные грабежи и насилия над русским населением со стороны чеченцев, ингушей и даже осетин. Выезд на полевые работы даже за 2 – 3 версты сопряжён с опасностью лишиться лошадей с упряжью, фургонами и хозяйственным инвентарём, быть раздетыми донага и ограбленными, а зачастую и убитыми или угнанными в плен и обращёнными в рабов. Выпас скота невозможен на предгорьях, где пустуют лучшие пастбища, и скот должен топтаться на выгоне близ станиц, отнимая от земледелия плодородную землю. Оросительные работы, увеличение площади обработанных и заселённых земель невозможно, ибо если и удалось бы посеять, то нельзя будет собрать и посевы будут потоптаны горскими табунами и скотом.
Как пример: в станице Ассинской за 1920 год убито на полевых работах 10 человек, из них 2 женщины, ранено 4 мужчины и 1 женщина, пленёно 5 человек. Угнано рогатого скота 378 штук, лошадей 130 штук, баранов 955. Увезено и потравлено посевов на 1800 десятинах, захвачено самовольно чеченцами и обработано ими 2340 десятин, осталось необработанной земли из-за опасности работы 6820 десятин. Кроме того, отняты фургоны, сбруя, одежда, разбиты улья и т. п.
Местные власти вплоть до окружных национальных исполкомов в ГорЦИК, зная всё это ненормальное положение, не принимают никаких мер против этого. Наоборот, такое положение усугубляется ещё открытой пропагандой поголовного выселения русских из пределов Горской республики, как это неоднократно звучало на съездах, например, Учредительном Горской Республики, Чеченском и др. Это печатается в газетах, таких, как «Горская правда» и «Трудовая Чечня». Таким образом, практика жизни подкрепляется принципиальным бездействием власти, уверенностью в безнаказанности и официальным признанием неравенства разных групп населения. Станицы, причисленные к национальным округам, находятся в состоянии завоёванных и порабощённых местностей и совершенно непропорционально с горским населением обременены повинностями – продовольственной, подворной и прочими. Всякие обращения и жалобы русских властям Сунженского округа, кипы протоколов об убийствах и ограблениях остаются без последствий, как их и не бывало…».

И даже Сталин… вынужден был признать, что национальную политику большевиков «горцы поняли так, что теперь можно терских казаков безнаказанно обижать, можно их грабить, отнимать скот, бесчестить женщин…».

Но, как это всегда бывает в истории, зло бумерангом возвращается к тем, кто его творил, наивно полагая, что их то уж никогда не настигнет возмездие за содеянное. В этом – великое равновесие Истории, её мистическая душа, обращающая сотворённое зло в божественную справедливость. Разгром казачества, в котором активное участие приняли чеченцы и ингуши, открыл большевикам дорогу в горы. И советская власть, укрепившись на Северном Кавказе, начала его тотальную коллективизацию, насильственное внедрение атеистической идеологии и социалистического образа жизни. В свою очередь, массовое проведение такой политики в горных районах традиционного проживания вайнахов вызвало яростную реакцию среди чеченского и ингушского населения, перерастающую в вооружённые столкновения горцев с новой «народной» властью. Этому способствовала и поощрительная практика вооружённым чеченским и ингушским бандам в период расказачивания Терека; теперь эти бандитские формирования боролись против Советской власти, которая пришла к ним в горы. В 1944 году противостояние бывших союзников по борьбе с казачеством закончилось поголовным выселением чеченцев и ингушей с Северного Кавказа.

Кавказ10.jpgИстория повторяется. В 1917 – 1918 годах большевистское правительство Советской России заключило союз с бандами в Чечне и Ингушетии для того, чтобы вытеснить Добровольческую армию Антона Ивановича Деникина с Северного Кавказа и подавить сопротивление свободного казачества Советской власти. Для этого, по признанию «главного кремлёвского горца», бандитам разрешили безнаказанно обижать терских казаков, грабить их, отнимать скот, бесчестить женщин во имя идеалов братства, равенства и свободы. А потом большевики сполна расплатились со своими «союзниками» со склонов Большого Кавказского хребта, поголовно выслав чеченцев и ингушей из их родных аулов в заснеженные казахские степи.

В начале 90-х годов ХХ века духовные наследники большевиков снова взяли в подельники бандитов из Чечни, Ингушетии, Дагестана…. Их снова поощряли убивать, грабить, насиловать русских в городах и станицах Северного Кавказа. И снова потомки Ленина, Троцкого, Орджоникидзе, Кагановича, Берии и других «выдающихся русских политиков» по полной программе отплатили горцам за их преданность «идеалам свободы и демократии». На этот раз чеченцев и ингушей не стали никуда высылать – в Чечню направили танки и самолёты наводить там «конституционный порядок», разоружать незаконные формирования, которые Кремль сам же и вооружил, свергать режим, который (не имеющая русскую власть – прим. ред.) Москва сама породила, взлелеяла и взрастила.

продолжение следует…


Михаил Петрович Буралков

ПЗРК «Русь»
_________________
[*] «Не таджикские девочки, не чеченские мальчики»: «Проблемы начались ещё в 1990 году, тогда в почтовых ящиках появились первые «письма счастья» – анонимные угрозы с требованием убираться по-хорошему» (Д.Соколов-Митрич).
[**] «Забытый геноцид" (Чечня: 1990-2005)»: «Напомню, эти события (насилие, избиения чеченцами не-чеченцев по национальному признаку) происходят ещё до прихода к власти Дудаева, состоявшегося осенью 1991 г. и даже до провозглашения независимости в 1990-м» (М.Канич).

[***] «Закон сообщающихся национализмов»: «"Низовой" национализм - прямая агрессия против нетитульных этносов наиболее ярко проявляется на Северном Кавказе и прямо связана с общими проблемами региона, включая распространение радикальных исламистских идей. Вытеснение "лиц некавказской национальности" здесь продолжается, а в Чечне практически полностью закончено. Впрочем, аналитики отмечают, что поддержкой власти "низовой" национализм практически не пользуется.» («Российская газета», № 3904, 20 октября 2005) взят у martinis09
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments